Смешные исторические анекдоты

 

>На нашем сайте собраны смешные исторические анекдоты. Читаем, улыбаемся, а может даже и смеемся!

 

 

 


Зимой на Неве ставились рогатки, чтобы после наступления темноты не пропускать никого ни в город, ни из города. Однажды император Петр I решил сам проверить караулы. Подъехал он к одному часовому, прикинулся подгулявшим купцом и попросил пропустить его, предлагая за пропуск деньги. Часовой отказывался пропускать его, хотя Петр дошел уже до 10 рублей, суммы по тем временам очень значительной. Часовой же, видя такое упорство, пригрозил, что будет вынужден застрелить его.
Петр уехал и направился к другому часовому. Тот же пропустил Петра за 2 рубля.
На следующий день был объявлен приказ по полку: продажного часового повесить, а полученные им рубли просверлить и подвесить ему на шею. Добросовестного же часового произвести в капралы и пожаловать его десятью рублями.




Однажды Петр I приехал на железоделательный и чугунолитейный завод Вернера Миллера и там пошел в ученики к мастерам кузнечного дела. Вскоре он уже хорошо стал ковать железо и в последний день своей учебы вытянул 18 пудовых полос железа, пометив каждую полосу своим личным клеймом. Окончив работу, царь снял кожаный фартук и пошел к заводчику:
– А что, Миллер, сколько получает у тебя кузнец за пуд поштучно вытянутых полос?
– По алтыну с пуда, государь.
– Так заплати мне 18 алтын, – сказал царь, объяснив, почему и за что именно должен Миллер заплатить ему такие деньги.
Миллер открыл конторку и вынул оттуда 18 золотых червонцев. Петр не взял золото, а попросил заплатить ему именно 18 алтын – 54 копейки, как и прочим кузнецам, сделавшим такую же работу.
Получив свой заработок, Петр купил себе новые башмаки и потом, показывая их своим гостям, говорил:
– Вот башмаки, которые я заработал своими собственными руками.
Одна из откованных им полос демонстрировалась на Политехнической выставке в Москве в 1872 году.


Бывая на собраниях в Зимнем дворце, Суворов не скупился на насмешки и разные выходки.
– Однажды в Петербурге на бале, -рассказывал он сам впоследствии, -в 8 часов вечера императрица изволила меня спросить:
– Чем потчевать такого гостя дорогого?
– Благослови, царица, водочкой! – отвечал я.
– Fi done! (Фу. (франц.) – ред.) Что скажут красавицы фрейлины, которые с вами будут говорить?
– Они, матушка, почувствуют, что с ними говорит солдат.


исторический анекдот


Однажды известный русский оперный певец Осип Афанасьевич Петров (1807-1878) во время бритья получил порез от театрального парикмахера. Зная о пристрастии последнего к зеленому змию, он недовольно буркнул:
– Это все от пьянства!
Парикмахер невозмутимо согласился:
– Совершенно верно-с, от водки, известно, кожа грубеет…


Когда актер Петр Андреевич Каратыгин (1805-1879) вернулся из Москвы, его спросили:
“Ну, что, Петр Андреевич, Москва?”
Каратыгин с отвращением ответил:
“Грязь, братец, грязь! То есть не только на улицах, но и везде, везде – страшная грязь. Да и чего доброго ожидать, когда и обер-полицмейстером-то – Лужин”.


Петр I не чаял души в Меншикове. Однако это не мешало ему частенько поколачивать светлейшего князя палкой. Как-то между ними произошла изрядная ссора, в которой Меншиков крепко пострадал – царь разбил ему нос и поставил под глазом здоровенный фонарь. А после чего выгнал со словами:
– Ступай вон, щучий сын, и чтоб ноги твоей у меня больше не было!
Меншиков ослушаться не смел, исчез, но через минуту снова вошел в кабинет… на руках!


Екатерина II была очень смелой женщиной. Тому есть множество подтверждений. И сама о себе она однажды сказала: “Если бы я была мужчиной, то была бы убита, не дослужась и до капитанского чина”.


Один старый адмирал был представлен Екатерине II после морского боя, который он блестяще выиграл. Екатерина попросила его рассказать о подробностях этой баталии. Адмирал начал рассказ, но, по мере того как увлекался и распалялся все более, стал пересказывать свои команды и обращения к матросам, перемежая их такой бранью, что все слушавшие его рассказ оцепенели от страха, не зная, как отнесется к этому Екатерина. И вдруг по выражению лиц придворных адмирал понял, что он наделал, и, встав на колени перед императрицей, стал просить у нее прощения.
– Продолжайте, пожалуйста, дальше ваш весьма интересный рассказ, – спокойно и ласково проговорила Екатерина, – я этих морских названий и слов все равно не понимаю.


Многие рекомендовали Мабли обратиться в Академию с просьбой о приеме. “Если бы я был там, – отвечал Мабли, – люди, вероятно, спрашивали бы: Почему он там? Я предпочитаю, чтобы спрашивали: Почему он не там?”


Знаменитый эллинист Гель, составляя библиографию изданий Анакреона к своей книге об этом поэте, принял аббревиатуру e. bro. (exemplaire broche: сброшюрованный экземпляр) за название города и указал, что это издание вышло в городе Эбро.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8


Рекомендуемые статьи: